Первый зимний кризис пришёл через полгода.
К северной стене вышел громовой ящер. Кейн из архивной комнаты предложил одну печать и обещал отвести зверя за минуту.
Часть Совета согласилась.
Страх никуда не исчез.
Вместо печати Мира проверила расчёты, красильщики подготовили горячие каналы, а капитаны роя согласились ослепить ящера дымом. Первый план провалился: ветер повернул, и зверь пошёл к жилому кварталу.
Коул запросил решение у обоих ближайших участков. Один требовал закрыть внутренние ворота и оставить внешнюю улицу. Другой уже выводил жителей и просил держать проход открытым ещё десять минут.
Совет не успевал собраться.
Тая передала направление ветра, Мира предупредила, что в лечебнице хватит мест только на двадцать тяжёлых раненых, а Леон предложил использовать маленького дракона для короткого разлома. Зверь отказался приближаться к громовому ящеру.
Леон не повторил просьбу.
Два участка стены не стали ждать общего решения. Одни затопили ров, другие разобрали каменную облицовку и создали ложный проход к реке.
Третий участок открыл склад и раздал жителям огнестойкие плащи без подписи Совета. В журнале записали имя дежурного и точное число пропавших комплектов. Никто не назвал это идеальным порядком.
Операция заняла шесть часов и стоила двух башен.
Корона справилась бы быстрее.
Город справился сам.
Когда я вернулся в лечебницу, бокс Стикс был пуст. На снегу за окном виднелись крошечные следы.
Мы с Лили нашли её на внешнем краю западной стены. Искусственное крыло лежало рядом. Из спины выросло настоящее, маленькое и бесцветное.
За стеной ждал тот самый независимый капитан. Над полем кружил свободный красный рой.
Лили не включила передатчик.
Стикс коснулась усиками капитана и поднялась вслед за ним. В Диких землях были сородичи и место, где никто не помнил Королеву. В городе оставались лечение, ожидания и человек, который однажды решил, что её никто у него не отнимет.
Я не позвал.
Я раскрыл ладонь.
Стикс сделала круг над стеной и полетела наружу. Красная точка становилась меньше, пока не исчезла в зимнем поле.
Прошла минута.
Я опустил руку.
Стикс села на запястье.
Она вернулась не в ладонь. Сама перешла на раскрытые пальцы и сложила крылья.
Никакой голос не назвал её ранг. Я не чувствовал мыслей и не знал, останется ли она завтра.
За спиной оставались Дикие земли. Впереди открывались городские ворота и дорога домой.
Я понёс руку осторожно, не закрывая.
Открыть в читалке