У ворот я не поднял коробку над головой.
Сразу отнёс её Мире.
Перед ней лежал раненый зверь низшего класса без ядра, эволюций и одного крыла. Срок жизни снова стал обычным для вида.
Мира составила лечение на шесть недель. Первые трое суток требовалось только не дать телу высохнуть. Потом обработать обрубок крыла, восстановить питание и проверить, не осталась ли белая нить. Ни одна процедура не обещала, что Стикс снова полетит.
Бокс оставляли открытым с одной стороны. Когда Стикс пыталась уйти, свет выключали. Процедуры шли в пять раз дольше, зато никто не удерживал её печатью.
В первый день она не позволила Мире коснуться повреждённого крыла. Мира поставила инструменты у открытого бокса и отошла. Через час Стикс сама подползла к обезболивающему кристаллу.
На второй день пришёл Арден. У двери он увидел её хоботок и замер. Пальцы правой руки начали дрожать.
«Я не готов находиться с ней в одной комнате», – сказал он.
Стикс спряталась за стенку бокса.
Арден ушёл. Никто не назвал это трусостью.
На третье утро Стикс укусила меня за палец. Система не появилась. Она просто получила кровь.
Через месяц Арден вернулся и сел у дальней стены. На этот второй визит он принёс письменный список границ: Стикс не приближается к нему, я не касаюсь его без вопроса, дверь остаётся незапертой, встреча заканчивается по его слову. Лили прочитала условия вслух, чтобы их слышали все. Стикс оставалась за стенкой бокса. Через девять минут Арден ушёл.
Ещё через неделю он пришёл в третий раз, позволил закрыть дверь, но попросил оставить окно открытым. В этот раз просидел двенадцать минут. Это не было примирением, только возвращением ему права определять расстояние.
Город узнал о её возвращении через неделю и потребовал увидеть защитницу. Когда толпа напугала Стикс криками благодарности, Совет ввёл правило: спасённый не получает права на спасителя.
Правила менялись и дальше. Молчание перестали считать согласием. Наблюдатели получили право остановить договор, если человек прятал выход или использовал голод. Леон открыл мастерскую протезов для зверей. Искусственное крыло для Стикс он собирал под увеличительным кристаллом и каждую застёжку сначала проверял на тонком манекене брюшка.
Первый проект мастерской провалился. Ремни подходили крупным зверям, но пережимали тонкое тело Стикс. Второй держал крыло, зато смещал вес и переворачивал её в полёте. Леон начал записывать не только удачные попытки, но и причины отказов. У каждого протеза появился срок примерки и открытая застёжка, которую зверь мог снять сам.
Первое крыло Стикс сбросила через минуту. Леон хотел закрепить ремень плотнее, но маленький дракон толкнул его лбом в колено. Вторую модель сделали тяжелее и оставили рядом с боксом. Стикс надела её только ночью, когда в мастерской никого не было.
Яйцо из гнезда вылупилось через три недели. Маленький комар не слушал Стикс и дважды улетал через окно. На третий раз вернулся к лечебному свету сам. В архиве его записали без владельца и без обязанности войти в рой.
Лили собирала городской архив. Арден потребовал добавить, что во время паразита всё чувствовал. Тая исправила слова «сторонники Рекса» на «жители, спасавшие свои дома». Леон убрал фразу о жертве дракона: зверь не объяснял причин.
История становилась менее удобной и более правдивой.
Стикс училась летать. Сначала падала в чашку, потом под шкаф. Моей руки избегала.
Я перестал подставлять ладонь после каждой попытки.
Мы учились находиться в одной комнате без постоянного подтверждения связи.
Открыть в читалке