Первая академия открыла новый набор через год после падения Сердца роя.
Открыть ворота оказалось проще, чем изменить привычки внутри.
Некоторые преподаватели продолжали рассаживать студентов по рангам. В столовой дорогие рационы продавали в корпусе бывшего Верхнего города, а дешёвые – в старом общежитии. Формального запрета не существовало, но дети снова делились на тех, кто мог позволить себе усилители, и остальных.
Фан Юань не стал объявлять ещё одну революцию. Вместе со студентами он подсчитал расходы и обнаружил, что академия переплачивает компании старого клана за декоративное обслуживание фонтанов. Контракт расторгли, воду направили в лаборатории, а на сэкономленные деньги ввели один нормальный рацион для всех.
– Ты уничтожил исторический облик кампуса, – пожаловался бывший декан.
– Если история требует, чтобы дети голодали ради красивой струи воды, пусть останется в музее.
На месте главного фонтана оборудовали тренировочный круг. Чи Юянь иногда приводила туда младших учеников и рассказывала, что когда-то сама смотрела на эту воду как на доказательство другого мира.
– А теперь? – спросил ребёнок.
– Теперь это просто место, где удобно падать на мягкое покрытие.
Она показала базовый разворот и действительно упала вместе с учеником. Оба поднялись, смеясь.
На месте прежнего зала собраний построили центр свободной синхронизации. Студенты изучали не только управление меха-формами, но и границы доступа, право отказа и ответственность командира. Каждый практический контракт имел срок и мог быть разорван любой стороной.
Старые преподаватели называли программу излишне осторожной. Виэрлия отвечала одинаково:
– Если вы хорошо командуете только тогда, когда партнёр не может сказать «нет», вы не командир, а ходячая неисправность.
После травм она больше не достигала прежней скорости. Левое крыло заменили простым серийным модулем. Виэрлия могла получить экспериментальный протез высшего класса, но выбрала тот же, который выдавали фронтовым ветеранам.
– Хочешь доказать скромность? – спросил Фан Юань.
– Хочу знать, что он достаточно хорош для остальных. Если сломается, заставлю инженеров улучшить всю серию.
Она стала ректором академии и по-прежнему требовала, чтобы Фан Юань называл её старшей по званию. Он соглашался лишь тогда, когда сам считал это разумным.
Су Чжиху возглавила Вечный легион. Название больше не обозначало отряд одного человека. Это была служба быстрого реагирования, куда принимали меха-дев и командиров любого ранга после открытого экзамена.
Первый вопрос на экзамене звучал так:
«Что вы сделаете, если приказ противоречит цели защиты людей?»
Ответ «выполню без размышлений» считался ошибочным.
Сорок бывших штрафниц стали первыми капитанами. Ни одна не вернулась в прежнее подразделение полного поражения. Архивное название сохранили в музее вместе с просроченной бронёй и списками заданий, на которые их отправляли без надежды на возвращение.
Налань Цинсинь отказалась возглавить конгломерат. Компания перешла под управление смешанного совета из работников, инженеров и пострадавших от лабораторий. Налань создала независимый реестр пробуждений с открытым кодом. Каждое изменение результата видели и сам пробуждённый, и три независимых наблюдателя.
За первый год реестр не поставил ни одной окончательной буквы F.
Низкий результат теперь означал только, что человеку нужны другие условия или дополнительное обследование. Он не закрывал дорогу к образованию, лечению и гражданским профессиям.
Новый реестр столкнулся с сопротивлением провинций. Местные чиновники привыкли получать деньги за повышение ранга. Теперь любое изменение видели независимые наблюдатели, и привычный доход исчез.
В трёх городах оборудование намеренно вывели из строя. Налань Цинсинь приехала с ремонтными звеньями и открыла временные пункты прямо на площадях. Очереди растянулись на километры.
Первой проверку прошла пожилая женщина, сорок лет считавшаяся меха-девой F-ранга. Реестр обнаружил редкую способность очищать заражённую воду. Для боя она почти не годилась. Для районов после войны оказалась ценнее ударной дивизии.
– Мне уже поздно поступать в академию, – сказала женщина.
– Зато не поздно учить инженеров, – ответила Налань Цинсинь.
Через полгода её системы очистки работали в двадцати поселениях.
Постепенно страна поняла, что шкала от F до SSS измеряла лишь то, насколько человек удобен на войне. В мирной жизни требовались тысячи способностей, которым старая система даже не давала названия.
Лю Жуянь пришла к Фан Юаню после одной из церемоний.
Она больше не носила знак корпорации Хань. После расследования Хань Цинтина лишили незаконных имплантов, а его семья потеряла места в академическом совете. Лю Жуянь закончила медицинские курсы и работала в клинике восстановленных кварталов.
– Я долго хотела извиниться, – сказала она.
– За то, что ушла?
– За то, почему ушла. Я поверила, что твой ранг определяет твою ценность. А когда ты стал сильным, решила, что совершила ошибку только потому, что потеряла выгодное будущее.
Фан Юань слушал без злости.
– Ты действительно ошиблась. Но не обязана провести остаток жизни, доказывая это мне.
– Ты прощаешь?
– Да. Возвращаться не предлагаю.
Лю Жуянь рассмеялась сквозь слёзы.
– Справедливо.
Уходила она уже без прежней тяжести. На этом их история и закончилась: без наказания, без запоздалого романа, но с честным признанием ошибок.
Чи Юянь восстанавливалась медленно. Через восемь месяцев смогла вызвать половину «Драконьей Бездны». Ещё через два месяца отказалась от попыток вернуть прежний облик.
Лабораторные повреждения изменили источник навсегда. Вместо огромной боевой формы у неё появились тонкая броня и способность удерживать сотни независимых связей. Чи Юянь больше не была главным ударным бойцом. Теперь она слышала сеть и замечала узлы, оставшиеся в одиночестве.
Чи Юянь открыла обещанную школу для низкоранговых пробуждённых. На входе висела табличка:
«Здесь измеряют потребности, а не ценность».
Фан Юань преподавал рядом.
Без психического источника он не мог показать ни одного боевого приёма. Зато разбирал ошибки командиров, учил читать поле и задавал вопрос, который раздражал студентов сильнее всех:
– Вы спросили партнёра?
На первом занятии молодой командир S-ранга ответил, что сильная меха-дева обязана доверять ему без вопросов. Фан Юань поставил его против учебного звена из пяти низкоранговых партнёров.
Командир S-ранга попытался управлять каждым движением своей меха-девы. Она реагировала идеально, но только на одну угрозу за раз. Низкоранговое звено распределило наблюдение и окружило их за две минуты.
– Я сильнее всех пятерых, – возмущался студент после поражения.
– Именно. Поэтому ты решил, что остальные не должны думать.
– А если партнёр ошибётся?
– Исправите вместе. Ты тоже будешь ошибаться.
– У меня S-ранг.
Фан Юань показал собственное удостоверение с буквой F.
– А я однажды спас тебя от Сердца роя. Буква не защищает от глупости.
К концу семестра молодой командир перестал выигрывать в одиночку. Зато его звено стало лучшим в спасательных испытаниях.
Некоторые родители возмущались, что легендарный Вечный бог войны работает обычным учителем. Ему предлагали место в правительстве, памятник и пожизненный титул.
Он отказался от всего, кроме зарплаты.
– Почему? – спросила Налань Цинсинь. – С твоим влиянием ты мог бы провести реформы быстрее.
– Человек, который только что уничтожил вечного командира, не должен становиться вечным министром.
– Можно избираться на срок.
– Когда-нибудь. Сначала хочу понять, не держится ли новый порядок только на моём авторитете.
Он не исчез из общественной жизни. Выступал на слушаниях, спорил с военными и помогал Вечному легиону. Но каждый раз возвращался в школу, где дети ещё не знали, какие места им когда-то запрещалось занимать.
Через два года первый выпуск сдал экзамен.
Лучшей стала девочка из лабораторной капсулы, та самая, которую Наньгун Цы вынесла последней. Её источник определили как нестабильный, без буквенного ранга. Она управляла ремонтным звеном и за время испытания спасла больше людей, чем все ударные группы вместе.
На церемонии девочка спросила Фан Юаня:
– А какой ранг у вас сейчас?
– F.
– Значит, F всё-таки хороший?
– Это просто буква.
Она подумала и зачеркнула ранг на своей учебной карточке.
Остальные дети сделали то же самое.
Открыть в читалке