Комната нашлась именно там, где должна была: ближе всех к кабелю, за железной дверью, оклеенной изнутри вырезанными из журналов автомобилями. Внутри сидел один человек, и он предпочёл лечь на пол, не дожидаясь просьбы.
Синхэ сдвинула его стул, села за пульт и за сорок секунд разобрала всю нехитрую систему: восемнадцать камер, один сервер, электрозамки оружейного склада и пароль администратора, записанный маркером на боковине монитора. Люди, которые торгуют женщинами, редко бывают аккуратны в чём-нибудь ещё.
Она взяла со стола рацию.
– Слышите меня?
Пауза. Потом мужской голос, спокойный до неприличия:
– Кто это?
– Номер тридцать один. У ворот вас ждут четверо, ещё двое на крыше склада слева. Идите правой стеной.
– Кто говорит? – повторил голос.
– Али жива, – сказала Синхэ. – Идите правой стеной.
Голос помолчал секунду.
– Сэм. Веди.
Синхэ вывела план базы на второй монитор, разложила восемнадцать окон в три ряда и начала считать людей вслух, чтобы не сбиться.
– Правой стеной до угла. У угла стоп.
– Стоим.
– Двое вышли из третьего барака, идут вам навстречу с той стороны стены. Не стреляйте: за ними открытый двор, услышат все. Восемь секунд, они пройдут мимо угла и повернут… Пошли.
Дальше она говорила короткими фразами и не позволяла себе ни одной лишней.
– Крыша склада слева. Он дошёл до края и сейчас развернётся. Три. Два. Сейчас.
Человек на экране сложился и сел, привалившись к парапету, и Синхэ перевела глаза на соседнее окно раньше, чем он перестал двигаться.
– Караулка у ворот. Внутри четверо, свет горит, один сидит спиной к окну и держит рацию. Если он успеет нажать, у вас будет ещё двенадцать человек с восточной стороны.
– Сколько до него?
– Двадцать два шага от угла. Дверь открывается наружу.
– Принял.
– Первый барак пустой. Второй – женщины, сорок человек. Туда не бросать ничего. Повторяю: во второй барак не бросать ничего.
– Понял, – отвечал Сэм. – Не бросаем.
Через минуту четверо охранников побежали через двор именно ко второму бараку – не защищать его, а брать оттуда то, чем можно торговаться. Синхэ увидела это на две секунды раньше, чем их увидели снаружи.
– Двор, – сказала она в рацию, и голос у неё сел. – Четверо идут к женщинам. Сорок метров, открыто, вам в спину.
– Вижу, – ответил Сэм.
Дальше на её экране было очень коротко, и звук пришёл с опозданием, потому что стены сарая стояли между микрофоном и двором.
Когда охрана попыталась запереться в оружейном складе, Синхэ смотрела на экран ровно две секунды.
– Склад, – сказала она в рацию. – Их там восемь, четверо у дальней стены за ящиками. Я открываю все замки сразу, с обеих сторон. На счёт «три».
– Ждём.
– Раз. Два. Три.
Замки щёлкнули одновременно, и на камере это выглядело так, будто помещение вывернуло наизнанку: рыжий великан с дробовиком вошёл первым и занял собой весь дверной проём. За ним, прикрывая ему спину, шёл самый молодой из троих – мальчишеского вида, худой, – и всё время что-то говорил в рацию, хотя рация уже никому не была нужна.
– Тише, – сказала ему Синхэ. – Мне не слышно двор.
Он замолчал на середине слова.
Через час база перестала существовать как база.
Женщин выводили к грузовикам по десять. Младшая шла, вцепившись в руку соседки, и не отпустила её до самой машины. Кто-то принёс из караулки коробку с документами: паспорта, справки, ученические билеты, детские фотографии в целлофане. Их раздавали по одному, и почти каждая, получив свой, сначала проверяла имя и только потом лицо.
Синхэ вышла во двор только тогда, когда в комнате не осталось ни одной работающей камеры: сервер она перед уходом стёрла целиком, потому что записи с этой базы годились не только для суда, но и для торговли. Снаружи было светло, и после экрана двор показался ей выжженным добела.
Она стёрла с запястья маркер рукавом. Цифра сошла не полностью, и она перестала тереть: были дела важнее собственного запястья.
Сэм оказался невысоким и совершенно седым, хотя ему вряд ли было сорок. Он подошёл, посмотрел на её ботинки, потом на её руки, потом на лицо – именно в таком порядке, как смотрят на человека, которого собираются оценивать по частям.
– Ты не отсюда, – сказал он. – Тебя куда?
– Сначала вопрос. – Синхэ повторила слово, которое три дня держала в голове, – так, как оно звучало у охраны, со всеми гласными.
Али подняла голову.
– Где ты это слышала?
– Здесь. Они смеялись и показывали на северо-восток.
– Это они про самолёт, – сказала Али. – Четыре дня назад к северо-востоку упал большой самолёт. Мы видели дым с холма, два дня стоял. Отсюда километров сорок.
– Мне нужно туда, – сказала Синхэ. – И мне нужно туда сегодня.
Сэм посмотрел на неё ещё раз, теперь целиком, и не стал спрашивать зачем.
Открыть в читалке