Шани Венн нашлась на кухне.
Она была не в тайной комнате, храме или у Пустого Престола, а за длинным кухонным столом. Шани резала чёрный хлеб для младших служанок и слушала, как две девочки спорят, кому нести воду в крыло Лиссы.
Когда Элиан вошёл, все замолчали.
Шани не поклонилась. Только положила нож на стол.
«Если вы пришли снова платить за меня, ваше высочество, я спрячусь в печь».
«Печь маленькая».
«Я служанка. Мы умеем занимать мало места».
Тавель тихо кашлянул. Он нёс три книги и одну пустую дощечку. Миран стояла у двери и следила за коридором. Звание стражницы у неё отняли, но привычки остались.
Элиан посмотрел на Шани.
«Ты всегда спасала Лиссу».
Шани моргнула.
«Это звучит как обвинение».
«Это не обвинение. Так написано в книгах».
Тавель положил книги на стол. В первой Шани была маленькой помощницей в прачечной и вывела Лиссу из горящего крыла. Во второй – дочерью конюха, которая подменила чашу с сонным настоем. В третьей – безымянной девочкой у окна, которая не дала принцессе открыть письмо Саверна.
В каждом Черновике у Шани были другое происхождение и другая служба, но она неизменно спасала Лиссу.
Служанка долго смотрела на страницы.
«У меня не настолько хороший характер», – сказала она наконец.
Миран фыркнула.
Тавель почти улыбнулся.
Элиан сказал:
«Значит, дело не в характере».
Шани подняла глаза.
«А в чём?»
Он вспомнил голос короля: мир не может помнить всех.
«В выборе, который ты делаешь раньше, чем успеваешь испугаться».
Шани ничего не ответила.
Тавель перевернул пустую дощечку.
«Есть ещё кое-что».
На дощечке проступали строки. Они появлялись медленно, как дыхание на стекле:
Шани Венн.
Шани Венн.
Шани Венн.
Имя повторялось снова и снова. Почерк менялся. Закон менялся. Место менялось. Но имя оставалось целым.
«Почему?» – спросила Шани.
Тавель посмотрел на Элиана.
Элиан уже понял ответ.
«Потому что тебя никто не пытался сделать символом, – сказал Элиан. – Знать спорила о крови, Саверн – о порядке, отец – с Престолом. А ты каждый раз видела рядом человека в беде и помогала ему».
Шани тихо сказала:
«Это не похоже на силу».
«Похоже».
Он произнёс это уверенно, хотя сам узнал правду о своём прошлом лишь несколько часов назад.
Система отозвалась:
«Найдено имя, неизменное во всех Черновиках. Стабильность текущего Черновика снижена».
Ложки на кухонных столах задрожали и зазвенели. Огонь в печи ослаб. Стены на миг потемнели, а пол просел и тут же вернулся на место.
Ним Арг стоял у окна.
Среди хлеба, дыма, луковой шелухи и перепуганных служанок Исправитель выглядел особенно чужим.
Миран вытащила клинок.
Ним не посмотрел на неё.
«Обмен», – сказал он.
Голос у него был ровным, без возраста и пола.
Элиан уже знал, что услышит что-то худшее, чем угрозу.
«Шани Венн стирается из всех Черновиков. Орм Хал возвращается как свидетель формулы».
Никто на кухне не пошевелился.
Орм мог доказать подделку приказа и заставить Совет подчиниться собственной формуле. Без его свидетельства в общем Совете всех версий правда Элиана снова осталась бы лишь обвинением.
Шани крепко сжимала нож для хлеба и смотрела на Элиана.
«Нет», – сказал Элиан.
Ним повернул к нему гладкое лицо.
«Орм полезнее».
«Я знаю».
«С Ормом вы ближе к победе».
«Я знаю».
«Шани Венн не меняет закон».
Элиан посмотрел на служанку.
«Меняет».
И впервые произнёс правило вслух не как догадку, а как защиту:
«Человек, названный по имени при свидетеле, перестаёт быть пустотой для Пустого Престола».
Тавель вскинул голову.
Миран тихо повторила, стараясь точно запомнить формулировку:
«Названный при свидетеле».
Шани прошептала:
«Я свидетель?»
Элиан ответил:
«Ты была первой».
Ним сделал шаг.
Со столов начали исчезать чашки. Они не падали и не разбивались, а пропадали так, словно их никогда не приносили на кухню. Девочки-служанки вскрикнули. Одна забыла, зачем держит кувшин. Другая посмотрела на Шани и нахмурилась, не в силах вспомнить имя подруги.
Элиан сказал громче:
«Шани Венн».
Миран подхватила:
«Шани Венн».
«Шани Венн», – хрипло повторил Тавель.
Имя повторили три человека, и стирание остановилось. Девочки-служанки снова узнали Шани, а исчезнувшие чашки начали проступать на столах.
Ним остановился.
Система отозвалась:
«Защитное правило подтверждено частично. Орм Хал остаётся недоступен до следующего Черновика».
Шани посмотрела на него.
«Вы отказались вернуть Орма ради меня».
«Нет».
«Я не отдам живого человека даже ради полезного свидетеля».
Открыть в читалке