У ворот академии Скайфол стояли ховеркары богатых семей. Студенты сравнивали пробуждённых зверей и делали вид, что не замечают грязь на моей форме.
Ленни заметил.
Он служил Леону Ли ещё до поступления и считал любую чужую слабость возможностью напомнить о собственной близости к наследнику. Рядом с ним сидела сокрушающая обезьяна Си-ранга: широкоплечая, в металлическом нагруднике, с руками почти до земли.
«Рекс Ванг всё-таки пришёл, – сказал Ленни. – Я думал, после мёртвого яйца ты сразу попросишь место уборщика».
Он говорил громко, чтобы слышали ученики у ворот. Несколько человек остановились.
Стикс шевельнулась под воротником.
Я коснулся ткани двумя пальцами. Она замерла.
«Покажешь питомца или боишься, что его сдует ветром?» – Ленни протянул руку к моей груди.
Обезьяна наклонилась ко мне и оскалилась. Стикс могла пройти через глаз или ухо быстрее, чем зверь успел бы поднять кулак. После Брута я знал и другое: вместе со смертью в меня могло перейти что-то от убитого.
Я отступил.
Ленни принял это за страх и рассмеялся. Он не знал, насколько близко подошёл к собственной смерти.
Судья у ворот потребовал пропустить участников в учебную охотничью зону. Ленни убрал руку, но пообещал встретить меня на центральной арене.
За оградой начинался лес, где академия выпускала слабых зверей для первого испытания. Студенты разошлись по тропам со своими питомцами. Я дождался, пока шум стихнет, и выпустил Стикс.
Первой добычей стала травяная крыса. Комар вошёл под челюсть, и зверёк умер прежде, чем успел пискнуть. Система снова показала очки, но теперь за ними пришёл не чужой образ, а голод.
Он передался через связь так ясно, будто свело мой собственный желудок.
Мы охотились ещё несколько минут, и Стикс становилась быстрее, однако голод не исчезал. После очередной добычи голос сообщил о доступном делении.
На спине Стикс появилась красная трещина, из которой выбрался второй комар, а затем третий. Они были меньше и бледнее, почти прозрачные.
Новорождённые не умели охотиться, поэтому облепили тушу крысы и начали пить. Брюшки темнели, крылья крепли. Через несколько минут рядом со Стикс уже держались первые солдаты.
Первый выводок едва не погиб на следующей цели. Каменная ящерица прижалась брюхом к земле и закрыла все мягкие участки тела. Солдаты беспорядочно бились о чешую, пока я пытался направлять каждого отдельно. Стикс отлетела в сторону и послала короткий образ: не десятки отдельных точек, а одно кольцо.
Я собрал комаров над головой ящерицы. Они одновременно пошли вниз, заставляя зверька следить за облаком. Стикс в это время вошла под хвост, где пластины расходились.
Так появилось первое правило роя. Я не должен был видеть глазами каждой особи. Достаточно было задавать цель ближайшим, а остальные повторяли движение.
С каждой охотой правило работало увереннее. Одни солдаты отвлекали, другие искали щель, третьи оставались у туши и переносили кровь к новым кладкам. Система показывала рост численности, но за цифрой уже скрывались разные задачи. Потерянного разведчика нельзя было заменить тяжёлым солдатом только потому, что оба занимали одну строку.
Система предлагала точные числа. Я перестал слушать их после первой сотни. Гораздо важнее было другое: каждый новый комар требовал кровь и мясо. Если рой останется голодным, он не исчезнет. Он начнёт искать пищу сам.
Я повёл выводок глубже в лес, выбирая зверей, которые не успеют поднять тревогу.
За поваленным деревом раздался хруст веток.
Из кустов выбежала Лили Лин. Её форма была разорвана на плече, лицо в грязи. Маленький дух света, с которым она заключила связь, погасал у неё на руках.
Лили увидела рой и остановилась.
«Это твой мёртвый зверь?»
В тридцати метрах за ней ломал молодые деревья бронированный носорог. Его рог был покрыт чёрным дымом. Зверь подмял духа Лили и теперь шёл на запах крови.
Она могла выдать меня преподавателям, рассказать Ленни или Леону. Система уже отмечала её как возможную человеческую цель.
Стикс не ждала приказа. Подлетела к моему лицу, затем повернулась к носорогу.
Она выбрала угрозу.
«Если выберемся, никому не говори, что видела», – сказал я.
Лили посмотрела на тёмное облако вокруг меня, потом на умирающего духа.
«Вытащи нас отсюда, и я забуду даже твоё имя».
Лили попыталась поднять духа света. Существо мигнуло и погасло почти полностью.
«Оставь его за камнем», – сказал я.
«Он не вещь».
«Если понесёшь, носорог пойдёт на его энергию».
Лили прижала духа к себе. На спор не было времени. Она сняла форменный плащ, завернула в него существо и спрятала между корнями, оставив край ткани открытым.
«Я вернусь», – сказала она духу, а не мне.
Носорог опустил голову.
Я велел Лили бежать к узкому проходу между скалами. Она не спорила. Рой растянулся над землёй, а Стикс поднялась выше остальных.
Мне не нужно было пробивать броню зверя сразу. Сначала требовалось заставить его выбрать неправильную цель.
Открыть в читалке