Контора ростовщиков занимала первый этаж бывшей красильни. В детстве я проходил мимо неё каждый день и всегда ускорял шаг. За мутными окнами сидели люди, которые знали размер долга каждой семьи на улице.
Теперь охранник увидел Стикс и сам открыл дверь.
Хозяин конторы ждал в кабинете. Сухой старик с серебряными зубами держал на столе мой договор и делал вид, что не слышит сирен снаружи.
«Рекс Ванг. Ты стал знаменит».
«Закрой долг».
Я положил перед ним тёмное ядро теневого леопарда и пластину с титанического ящера. Даже по самой низкой оценке этого хватало.
Старик не прикоснулся к добыче.
«Три миллиона – лишь сумма обслуживания».
Он развернул договор. Под обычными строками находился второй слой печати, видимый только после пробуждения наследника. Моя кровь в переулке активировала не только яйцо.
«Имущество погибших супругов Ванг хранится до совершеннолетия наследника, – прочитала Лили. – Расходы возмещаются деньгами либо первым пробуждённым зверем подходящей ценности».
Под текстом стояла печать гильдии и знак семьи Ли.
Долг никогда не предназначался для выплаты. Пока яйцо считалось мёртвым, ростовщики могли мучить меня процентами. Если бы пробудился сильный зверь, договор передавал его кредитору.
«Кто оформил это?» – спросил Коул.
Старик посмотрел на красную печать моего розыска в окне.
«Я только хранитель. Договор принесли восемнадцать лет назад вместе с ребёнком и серым яйцом».
«Кто принёс?»
Он открыл рот.
Снаружи разбилось окно.
В комнату влетела стеклянная капсула, и Коул успел накрыть её металлическим щитом до взрыва. По полу растёкся горючий гель.
Красное пламя поползло по стенам.
Через главный вход ворвались люди в закрытых масках в сопровождении трёх огненных гончих. На ошейниках стоял знак подрядчика семьи Ли.
Им не требовалось задерживать меня. Они пришли сжечь архив и всех, кто мог прочитать договор.
«Лили, документы! Коул, выводи людей!»
Я разбил окно в соседнюю мастерскую. За стеной работали красильщики, жили их семьи и спали дети ночной смены. Огонь уже уходил вверх по старым деревянным перекрытиям.
Капитаны роя получили три команды: гасить фитили, ослепить гончих, найти людей в дыму.
Солдаты не могли тушить пламя, зато забивали собой распылители на новых капсулах. Взрывные клещи разрушали замки на окнах. Стикс прошла сквозь стену и метками из слабых разрядов показывала, где под дымом остаются живые.
Одна из гончих бросилась на старика. Я перехватил её цепью от шторы, потянул в сторону, а рой ударил в пасть. Зверь захрипел и упал.
На панели вспыхнули очки эволюции.
Я не посмотрел на число.
Люди Кейна собрали ящики с договорами и пошли к чёрному выходу. Я мог догнать их. Между нами оставался один коридор.
Сверху закричал ребёнок.
Я остановился.
Пол под ногами уже горел. На втором этаже девочка лет десяти прижималась к окну, но решётка не позволяла выбраться. Её мать пыталась добраться по лестнице и задыхалась в дыму.
«Стикс, наверх».
Ящики с архивом исчезли за дверью.
Стикс прошла сквозь замок, дала разряд и выбила механизм. Солдаты натянули вдоль окна живую тёмную ленту. Она не могла выдержать вес человека, но показала Коулу безопасный путь по карнизу.
Сержант поднялся, сорвал решётку рычагом и передал девочку матери.
Тем временем Лили вытащила из кабинета несколько обгоревших страниц и оригинал моего договора. Хозяин конторы полз следом, закрывая лицо рукавом.
Мы вывели людей через красильный двор до обрушения крыши.
Нападавшие ушли с большей частью архива. Я потерял возможность сразу узнать имя человека, который принёс меня в контору. Но на двух страницах, спасённых Лили, повторялся один и тот же номер хранилища городской гильдии.
Старик сидел на мокрой мостовой и смотрел, как горит его здание.
«Твои родители не брали у нас денег, – сказал он. – Семья Ли платила нам, чтобы долг оставался открытым. Брут должен был следить, не проснётся ли яйцо».
Соседи услышали.
Кейн хотел, чтобы трущобы считали меня убийцей и причиной пожара. Вместо этого люди увидели знак Ли на ошейниках гончих и рой, который выводил детей из дыма.
Девочка, спасённая с верхнего этажа, сняла с шеи медный свисток и протянула мне.
«Чтобы позвать нас, если опять будет огонь».
Я не умел отвечать на такие вещи. Взял свисток и убрал в карман рядом с ядром.
Стикс опустилась на моё плечо. Через связь пришли чужие кашель, жар и облегчение. Рой касался десятков людей, но впервые не для того, чтобы питаться.
На городском экране над улицей Кейн объявил пожар доказательством нападения Культа демонов.
Никто во дворе ему не поверил.
Открыть в читалке