Городской отряд перекрыл тоннель двумя щитами.
Двенадцать бойцов, четыре связанных зверя и подавляющая печать под потолком. В центре стояла молодая лейтенант. Она держала ордер обеими руками, чтобы никто не мог сказать, будто приказа не видел.
«Рекс Ванг, вы обвиняетесь в участии в Культе демонов, незаконном вмешательстве в человеческое тело и нападении на представителей гильдии. Вы подлежите немедленному задержанию».
Те же слова, с которых Кейн начал охоту на меня в гильдии. Тогда он ещё не решил, сколько крови понадобится для конфискации Стикс. Сейчас у него не было времени на видимость.
Двое бойцов подошли с кандалами.
Коул не потянулся к оружию.
«Кем подписано?» – спросил он.
«Исполняющим главой городской охраны».
«Назначенным Кейном Ли после отключения Совета».
«Я вижу печать, сержант».
«Я больше не сержант».
Лейтенант перевела взгляд на его обгоревшую форму.
«Тогда отойдите».
Я протянул руки.
Стикс под воротником напряглась. Через связь пришёл образ чужих пальцев, которые разжимаются против воли. Навык паразита ещё существовал. Достаточно было коснуться ближайшего бойца.
Я не позвал её.
Кандалы сомкнулись на запястьях.
Металл погасил связь со Стикс до едва заметного тепла под воротником. Лейтенант приказала обыскать остальных. Двое бойцов забрали у Таи нож и свисток, но Рэм успел спрятать печать в шве перчатки. Коул позволил разоружить себя. Леон положил фамильное кольцо на пол сам, прежде чем к нему прикоснулись.
Отряд начал выводить нас по одному. Так приказ выглядел законной процедурой, а не похищением. Первым повели меня, вторым Рэма. До бокового выхода оставалось пять шагов, когда Арден заговорил.
Из-за щита вышел Арден.
После площади его освободили бойцы, когда Корона открыла воспоминания городу. Он отказался ехать в лечебное крыло и потребовал присутствовать при новом задержании. На правой руке оставался след от паразита: пальцы подрагивали, когда я оказывался рядом.
Арден остановился так, чтобы между нами осталось несколько шагов.
«Рекс управлял моим телом», – сказал Арден.
Лейтенант кивнула.
«Ваше показание приложено».
«Нет. Моё показание длиннее одной строки».
Он попросил показать приложение к ордеру. Лейтенант не отдала документ, но развернула его.
Внизу стоял знакомый пункт: после задержания имущество, связанные существа, записи памяти и каждый свидетель переходят под временное управление семьи Ли.
Арден прочитал вслух два последних слова.
«Я здесь свидетель. Значит, после его ареста вы передадите меня Кейну».
«Это защитная мера».
«Так называли и ту клетку».
Один из бойцов за спиной лейтенанта опустил щит. Второй, наоборот, подтянул поводок зверя.
«Приказ остаётся приказом», – сказал он.
Белая линия на шее его гончей вспыхнула.
Зверь бросился не на меня. На Рэма.
Кейн убирал человека, который мог открыть архив.
Коул успел подставить край упавшего щита. Гончая сбила его с ног, и третий боец поднял оружие уже на бывшего сержанта. Тоннель наполнился криками. Никто больше не знал, кто исполняет приказ, а кто защищает захваченного зверя.
Рэм упал между рельсами. Белая метка на гончей тянула её за морду, разворачивая после каждого промаха. Хозяин пытался ослабить поводок, но его собственная печать затягивала петлю сильнее.
Я рванул к Рэму и перехватил поводок цепью между кандалами. Обе цепи попали между зубьями рельсового перевода. Первый рывок вывихнул мне большой палец, второй остановил гончую на расстоянии ладони от его горла. Стикс под воротником могла войти в зверя, но я по-прежнему не звал её.
Лейтенант поняла это раньше остальных. Она бросила ордер, сорвала с пояса подавляющую пластину и ударила ею по белой метке. Гончая обмякла. Хозяин упал рядом и прижал ладони к обожжённой шее зверя.
Сверху пришёл новый импульс Короны. Печать под потолком начала закрывать выходы.
Тая дважды ударила каблуком по рельсу – условный сигнал красильщикам за поворотом.
За нашей спиной красильщики повернули грузовую тележку поперёк рельсов. Ленни с обезьяной подняли боковую решётку. У отряда оставался выбор: задерживать нас под прямым сигналом Кейна или открыть тоннель и спасти собственных зверей от следующей команды.
Трое бойцов не отступили. Остальные навалились на щиты и разорвали контур.
Лейтенант сняла с меня кандалы.
Ордер она не порвала.
«Это доказательство, – сказала она. – У вас семнадцать минут. Потом сюда придут люди без зверей, и шантажировать их будет нечем».
Она вернула Тае свисток, но оружие оставила у стены. Двоих своих бойцов отправила выносить оглушённую гончую. Остальным приказала держать тоннель до прихода следующего отряда, не называя нас союзниками и не отменяя задержание.
Наш проход покупался не переменой убеждений, а семнадцатью минутами неповиновения. После них лейтенанту предстояло отвечать перед той же охраной, которой она командовала.
Арден уступил мне дорогу, но руки не подал.
«Когда всё кончится, – сказал он, – моё заявление останется».
«Должно остаться».
Он впервые посмотрел мне прямо в лицо.
Мы вошли в башню не оправданными. Только не отданными Кейну.
Открыть в читалке