Копия Леона не подняла оружие.
Она показала город после победы.
Долговые печати отменены, архив открыт для суда, а Кейн отстранён по болезни. Семья Ли сохраняет башню, деньги и защитную сеть, но новым главой становится сын, который больше не повторяет жестоких методов отца.
На улицах горел свет, больницы получали энергию, а у северной стены стоял восстановленный купол.
«Это возможно», – сказала копия.
Она не ограничилась обещанием. Перед Леоном появились действующие узлы башни. Он коснулся первого и вернул свет в лечебное крыло. Коснулся второго – остановил белый огонь в коридоре, где застряли красильщики. Третий открыл клетку над нами.
В кристалле на секунду возникла Лили. Она подтвердила, что свет действительно вернулся. Это была не иллюзия будущего: фамильный зал уже отдавал Леону часть власти, пока он держал знак.
«Сколько людей я могу вывести?» – спросил он.
«Всех, кого успеешь», – ответила копия.
«А потом?»
«Потом они выберут тебя, потому что ты их спас».
Зал не скрывал сделки. Он предлагал сначала совершить добро, которое сделает отказ от власти почти невозможным.
Голос принадлежал Леону, только в нём не было привычной паузы перед фамилией отца.
«Нужно принять наследство, сохранить Корону и заменить владельца».
Дракон рядом с копией раскрыл крылья. На месте старой раны лежали новые чёрные пластины. Настоящий зверь посмотрел на них дольше, чем Леон.
«Ты ведь хотел этого», – сказал я.
«Да».
Леон не отвернулся от своей версии.
Он хотел доказать, что достоин фамилии. Хотел сохранить дом, в котором вырос, и деньги, которые позволяли спасать людей быстрее любого Совета. Хотел вернуть дракону силу. После всего, что мы увидели, часть его всё ещё верила, что ошибка семьи Ли заключалась в Кейне, а не в самом праве решать за остальных.
Копия протянула золотой знак.
«Сначала останови отца. Реформы проведёшь потом».
Это был самый опасный порядок слов в башне.
Леон взял знак.
На мгновение зал стал настоящим. Его раненая рука выпрямилась. Дракон рядом с нами вырос, а повреждённое крыло расправилось без боли. Внизу открылись двери для учеников. Кристалл связи ожил, и голос Лили сообщил, что свет вернулся.
«Видишь?» – спросила копия.
Леон прикрепил знак к разорванной форме.
Сразу открыл ещё две двери. По кристаллу пришло сообщение: ученики вышли из огня. Внизу заработал один из насосов. Леон потянулся к следующему узлу, но тот требовал закрыть путь зверям, покидающим двор, чтобы направить энергию в башню.
Он остановился. За несколько секунд знак уже разделил жизни на те, которые можно спасти сейчас, и те, чьей свободой придётся заплатить.
Дракон пустоты вздрогнул.
Старый договор, который они разорвали на площади, ожил в теле. Леон почувствовал знакомую возможность: приказать зверю лечь, закрыть крыло, отступить от опасности. Одного желания было достаточно.
В этот момент белый огонь вошёл в зал.
Копия указала на дверь.
«Прикажи ему открыть путь. Иначе погибнут люди в архиве».
Дракон уже повернулся к стене. Он тоже видел горящий архив и мог решить, что удар необходим. Но золотой знак стирал разницу между его выбором и желанием Леона.
«Открой», – сказал Леон.
Зверь ударил пустотой.
Стена треснула. За ней показался безопасный проход. Одновременно Кейн получил доступ к старому проводнику в груди дракона.
Из прохода действительно выбежали люди. Первой вышла ученица с обожжённым лицом, за ней двое рабочих несли кокон. Леон увидел результат приказа до того, как дракон вскрикнул. Поэтому отказаться оказалось труднее: команда сработала и спасла тех, кого иначе завалило бы стеной.
Чёрная жила в груди зверя появилась лишь через несколько секунд. Леон успел отдать ещё один приказ – удерживать проход. Дракон подчинился, хотя кладка над ним уже рушилась. Камень рассёк здоровую лапу.
Чёрные пластины на шее сомкнулись.
Дракон развернулся и ударил Леона хвостом.
Я бросился вперёд, но Стикс остановила меня. Вмешательство превратило бы испытание в ещё одну внешнюю команду.
Леон лежал у стены. Он мог одним словом вернуть контроль, исцелить руку и заставить зверя замереть.
Копия протянула ему ладонь.
«Сначала спаси тех, кого можно. С вопросами разберёшься после».
Леон посмотрел в открытый проход. Там действительно кричали люди.
Он сорвал знак вместе с куском формы.
Исцелённая рука снова обмякла, крыло дракона сломалось по старой линии, а безопасный коридор начал закрываться.
Леон не бросил знак на пол. Поднёс к белому огню и держал, пока металл не расплавился на пальцах.
Проход начал закрываться. Последний рабочий не успевал пронести носилки. Леон бросился к нему сам, подставил плечо под край стены и выиграл несколько секунд уже без силы знака. Камень обжёг ему спину. Носилки прошли, а Леон рухнул рядом с драконом.
«Теперь я отказался не потому, что меня лишили».
Копия треснула.
Дракон стоял над ним, всё ещё пойманный последним приказом. Леон поднял здоровую руку и закрыл лицо ладонью, ожидая удара.
Зверь опустил голову.
Не к хозяину. К человеку, который только что отказался от возможности заставить его остановиться.
Фамильный зал открыл путь к сердцу башни.
Но старый проводник в груди дракона продолжал светиться.
Кейн успел протянуть к нему Корону.
Открыть в читалке