Копия Леона не подняла оружие.
Она показала город после победы.
Долговые печати отменены, архив открыт для суда, а Кейн отстранён по болезни. Семья Ли сохраняет башню, деньги и защитную сеть, но новым главой становится сын, который больше не повторяет жестоких методов отца.
На улицах горел свет, больницы получали энергию, а у северной стены стоял восстановленный купол.
«Это возможно», – сказала копия.
Голос принадлежал Леону, только в нём не было привычной паузы перед фамилией отца.
«Нужно принять наследство, сохранить Корону и заменить владельца».
Дракон рядом с копией раскрыл крылья. На месте старой раны лежали новые чёрные пластины. Настоящий зверь посмотрел на них дольше, чем Леон.
«Ты ведь хотел этого», – сказал я.
«Да».
Леон не отвернулся от своей версии.
Он хотел доказать, что достоин фамилии. Хотел сохранить дом, в котором вырос, и деньги, которые позволяли спасать людей быстрее любого Совета. Хотел вернуть дракону силу. После всего, что мы увидели, часть его всё ещё верила, что ошибка семьи Ли заключалась в Кейне, а не в самом праве решать за остальных.
Копия протянула золотой знак.
«Сначала останови отца. Реформы проведёшь потом».
Это был самый опасный порядок слов в башне.
Леон взял знак.
На мгновение зал стал настоящим. Его раненая рука выпрямилась. Дракон рядом с нами вырос, а повреждённое крыло расправилось без боли. Внизу открылись двери для учеников. Кристалл связи ожил, и голос Лили сообщил, что свет вернулся.
«Видишь?» – спросила копия.
Леон прикрепил знак к разорванной форме.
Дракон пустоты вздрогнул.
Старый договор, который они разорвали на площади, ожил в теле. Леон почувствовал знакомую возможность: приказать зверю лечь, закрыть крыло, отступить от опасности. Одного желания было достаточно.
В этот момент белый огонь вошёл в зал.
Копия указала на дверь.
«Прикажи ему открыть путь. Иначе погибнут люди в архиве».
Дракон уже повернулся к стене. Он тоже видел горящий архив и мог решить, что удар необходим. Но золотой знак стирал разницу между его выбором и желанием Леона.
«Открой», – сказал Леон.
Зверь ударил пустотой.
Стена треснула. За ней показался безопасный проход. Одновременно Кейн получил доступ к старому проводнику в груди дракона.
Чёрные пластины на шее сомкнулись.
Дракон развернулся и ударил Леона хвостом.
Я бросился вперёд, но Стикс остановила меня. Вмешательство превратило бы испытание в ещё одну внешнюю команду.
Леон лежал у стены. Он мог одним словом вернуть контроль, исцелить руку и заставить зверя замереть.
Копия протянула ему ладонь.
«Сначала спаси тех, кого можно. С вопросами разберёшься после».
Леон посмотрел в открытый проход. Там действительно кричали люди.
Он сорвал знак вместе с куском формы.
Исцелённая рука снова обмякла, крыло дракона сломалось по старой линии, а безопасный коридор начал закрываться.
Леон не бросил знак на пол. Поднёс к белому огню и держал, пока металл не расплавился на пальцах.
«Теперь я отказался не потому, что меня лишили».
Копия треснула.
Дракон стоял над ним, всё ещё пойманный последним приказом. Леон поднял здоровую руку и закрыл лицо ладонью, ожидая удара.
Зверь опустил голову.
Не к хозяину. К человеку, который только что отказался от возможности заставить его остановиться.
Фамильный зал открыл путь к сердцу башни.
Но старый проводник в груди дракона продолжал светиться.
Кейн успел протянуть к нему Корону.
Открыть в читалке