За фамильным залом начинался круглый коридор без дверей.
Стены сходились к центру, где пульсировала Хищная Корона. Белый свет уже шёл по проводнику дракона. С каждым ударом его сердце дёргалось, а повреждённое крыло снова расправлялось против воли.
Леон шёл рядом, прижимая обожжённые пальцы к груди. Он не мог закрыть старую связь, не вернув себе право хозяина.
В конце коридора стояла круглая створка с углублением для управляющего узла роя.
Кейн рассчитывал, что Стикс придёт к нему единственной королевой. Тогда через неё Корона получила бы весь рой сразу.
Но центрального узла больше не существовало.
Семь капитанов находились в разных частях башни: один погиб у жилы, а двое не отвечали. Даже если бы остальные захотели, одновременно к двери они бы не добрались.
Система предложила Стикс собрать их искры обратно.
«Восстановить единый рой. Вероятность открытия: сто процентов».
За нами появился белый огонь. Спереди усилился проводник в груди дракона. Кейн не торопил: любой путь к нему требовал вернуть хозяина.
Стикс поднялась с моего плеча.
Через связь пришли капитаны. Не сами, а следы их решений: лечебный квартал, кладка за стеной, раненые у реки, архивный подъёмник. Каждый мог потерять волю, если она потянет искры к себе.
«Не соберу», – сказала Стикс.
Корона закрыла углубление.
Леон опустился на колено. Дракон застонал. Ещё несколько ударов, и Кейн заставит его открыть дверь изнутри, превратив зверя в ключ.
В вентиляции послышалось слабое жужжание.
К нам выполз разведчик с обожжённым крылом. Он был из первого выводка, ещё из учебного леса, и не получил отдельного ядра при разделении роя. В его памяти не было городских планов. Только запах травяной крысы, тень под поваленным деревом и ладонь, возле которой однажды держалась вся колония.
Разведчик сел в углубление.
Ничего не произошло.
«Не капитан», – сказала Стикс.
Она сохраняла в груди последнюю красную искру. Та не давала власти над роями. Благодаря ей Стикс удерживала речь, память форм и собственное тело.
Стикс собиралась отдать последнюю искру.
«Если отдашь, что останется?»
Стикс не ответила словами. Показала разведчика, закрытую дверь и белый огонь.
Потом коснулась его лбом.
Красная искра перешла в маленькое тело.
Стикс упала.
Я поймал её обеими руками. Крылья больше не держали воздух, связь стала тоньше дыхания. Она сохранила имя и несколько образов, но человеческая речь исчезла.
Разведчик вырос не сразу: по крыльям прошли красные линии, и вокруг него возник собственный слабый ритм.
Новый капитан посмотрел на Стикс.
Она не могла приказать.
Он вошёл в управляющую щель сам.
Круглая створка открылась, обжигая ему крылья. Капитан удерживал проход, пока мы переносили Стикс и Дракон пустоты протискивался следом. Когда хвост зверя пересёк порог, красная точка в двери погасла.
Я не знал, успел ли разведчик выйти.
Впереди стоял Кейн.
Белые пластины закрывали половину его лица. Цепной василиск сросся с троном, а титаническое ядро билось в груди Короны. От Кейна к Дракону пустоты тянулась чёрная жила.
Кейн посмотрел на Стикс в моих ладонях.
«Вы отдали последнее, чтобы войти».
«Нет», – сказал Леон.
Дракон рядом с ним поднял голову.
«Последнее вошло само».
Корона закрыла дверь за нами.
«Определение владельца начато», – произнесла система.
Открыть в читалке