В нижнем контуре не было пола.
Договоры, золотые кольца и энергетические жилы висели над шахтой, уходившей в темноту. Дракон и василиск падали между ними, разрывая сеть телами. Каждая оборванная линия гасила свет в одном из верхних залов.
Леон зацепился обожжённой рукой за цепь. Я поймал его за запястье и ударился плечом о металлическую перемычку. Система предложила усилить мышцы человеческой энергией.
Панель исчезла после первого отказа.
Цепь резала ладонь Леона. Я попробовал подтянуть его, но перемычка подо мной повернулась. Оба сорвались ещё на несколько метров и остановились на следующем кольце. Сверху падали обломки трона, снизу дрались звери, а между нами и стеной не было ничего, за что можно поставить ногу.
Стикс выползла на рукав и показала узкую боковую жилу. Я обмотал её ремнём, перебросил петлю Леону. Лишь после этого смог освободить одну руку и начать спускаться к дракону.
Ниже Цепной василиск сомкнул кольца на шее дракона. Кейн направлял его через трон. Белые пластины ломали чёрные, выдавливая зверя к центральной жиле.
Дракон мог уйти. Здоровое крыло ещё держало воздух, а пустотный разлом открывался у него за спиной.
Он попытался. Разлом раскрылся на ширину тела, но кольцо василиска вошло следом и зацепило край. Пространство схлопнулось, рассёкши кончик крыла. Дракон потерял высоту и ударился о связующий мост.
Леон крикнул ему уходить другим путём. Зверь посмотрел на цепь, на которой висел Леон, и вместо второго разлома повернул обратно.
Он не ушёл.
Вцепился в василиска и отвёл кольцо, которое должно было перерезать цепь Леона.
Голос Кейна прошёл по всему контуру:
«Почему ты его защищаешь? Договор уничтожен. Награды не будет».
Леон висел над шахтой и смеялся, хотя каждый вдох причинял ему боль.
«Ты сам ответил».
Василиск затянул кольца. Повреждённое крыло дракона хрустнуло. Через добровольную связь боль ударила Леона так сильно, что пальцы разжались.
Я удержал его обеими руками.
«Закрой связь!» – крикнул я.
«Тогда он останется там один».
Это не помогало дракону физически. Леон лишь не хотел отгораживаться от цены, которую тот платил по собственной воле.
Стикс шевельнулась под воротником. Она показала устройство нижнего контура: пустотный проводник проходил через ядро дракона и возвращался в трон. Семья Ли растила зверя как живой ключ. Пока ядро существовало, Кейн мог восстанавливать пространство башни и закрывать любые проходы.
Чтобы оборвать канал, дракону нужно было вырвать часть собственного ядра.
Мы попробовали добраться до проводника снаружи. Стикс нашла место, где чёрная жила входила под пластину, я ударил туда мечом. Клинок прошёл сквозь пустоту и вышел у меня за спиной, едва не перерезав ремень. Леон бросил обломок золотого кольца. Тот расплавился, не коснувшись ядра.
Внешнего пути не было. Семья Ли строила проводник так, чтобы извлечь его мог только сам зверь либо владелец через приказ.
Леон увидел тот же образ через остаток связи.
«Нет».
Дракон повернул к нему голову.
«Не надо. Мы найдём другой путь».
Он произнёс это как просьбу, но старый командный тон всё равно прорезался. Дракон дёрнулся. Внутри него спорили привычка повиноваться и собственное решение.
Леон прикусил губу.
«Я боюсь тебя потерять, – сказал он тише. – Но выбирать всё равно тебе».
Дракон вонзил коготь в грудь.
С первого раза коготь соскользнул. Зверь потерял опору, а василиск затянул кольцо на повреждённом крыле. Леон закричал вместе с ним, но не повторил просьбу остановиться.
Дракон зацепился здоровой лапой за мост и попробовал снова. Пластина треснула. Из разреза пошёл не огонь, а чёрный холод: на металле вокруг мгновенно появился иней.
Пустотный свет хлынул наружу. Шахта исчезла на одно мгновение: я увидел не темноту, а улицы, комнаты и клетки, которые зверь когда-то соединял для семьи Ли. Затем пространство вернулось рывком.
Леон закричал от общей боли.
Дракон вырвал чёрный осколок и раздавил его челюстями.
Проводник погас.
Башня потеряла опору. Золотые кольца начали падать, фамильные двери открылись, а пустотные ловушки выпустили людей, которых держали в коридорах.
Дракон тоже начал падать.
Без ядра его тело уменьшалось прямо в воздухе. Крылья больше не удерживали вес.
Леон отпустил цепь.
На этот раз я не успел его схватить.
Он падал к зверю, у которого больше не было силы открыть разлом.
Открыть в читалке