Хищная Корона потребовала завершить выбор владельца.
Два равных голоса не могли существовать в её центре. Один должен был поглотить второго и получить оставшиеся связи.
Передо мной появились два действия.
«Поглотить Кейна Ли».
«Передать права Кейну Ли».
Третьего система не показывала.
Кейн собрал остаток брони. В ней оставалась лишь часть сорока одной тысячи связей: после возвращения голосов многие люди и звери вышли из контура. Но тех, кого он удерживал, всё ещё хватало, чтобы разрезать центральную площадку белым лезвием.
Я уклонился, используя Корону. Система остановила мышцы Кейна на долю секунды.
Он улыбнулся.
«Опять управляешь телом».
Я снял команду. Белое лезвие ударило в плечо.
Кейн наступал, а я открывал связи одну за другой.
Лили называла имена людей из архива, Рэм подтверждал переписанные договоры, а Мира отделяла живые связи от искусственных печатей. Капитаны у внешней стены показывали, где заканчиваются их ядра. Коул передавал номера бойцов, которых Кейн оформил как имущество после первого ордера.
Каждое имя превращало одну тень за спиной Кейна в отдельного человека или зверя.
Я не забирал их себе.
Открывал выход.
Кейн отвечал ударами. Один рассёк бок, другой сломал меч. Система предлагала закрыть боль и усилить тело за счёт освобождённых связей. Я оставлял их снаружи.
Броня истончалась у нас обоих.
«Они вернутся к хозяину, – сказал Кейн. – При первом голоде. При первой зиме».
«Некоторые вернутся».
«И ты снова откажешь?»
«Не знаю».
Честный ответ разозлил его сильнее возражения.
Кейн схватил последнюю крупную связь.
Цепной василиск поднял голову за стеной. Золотой обруч погас, но память договора оставалась в теле. Кейн протянул к нему руку.
«Я вырастил тебя».
Через Корону пришёл ответ зверя.
Клетка. Первый корм с ладони Кейна. Боль золотого обруча. Победы, после которых хозяин гладил белые пластины. Ночь у постели больного Леона, когда василиск грел комнату собственным телом.
Связь была настоящей.
Кейн почувствовал надежду.
«Поднимись».
Василиск попытался. Передняя лапа дрогнула.
Василиск не ненавидел Кейна и не забыл редкие прикосновения за годы рядом. Именно поэтому отказ не был простым.
Зверь посмотрел на бывшего хозяина и опустил голову на камень.
Остался лежать.
Последняя белая линия погасла.
Корона лишила Кейна брони.
Он стоял напротив в разорванной одежде, без зверей и без чужой силы. Я мог закончить бой одним ударом, но система уже назвала победителя.
Передо мной открылось право владельца.
Открыть в читалке