В старое гнездо вошли только я и Лили.
Независимый капитан остался у входа. От белых нитей его ядро начинало тянуться к центру.
Стикс лежала на куске титанической кости. Одно крыло исчезло, тело стало меньше обычного комара. Она втягивала остаток Короны в себя и не позволяла ему добраться до яиц нового выводка.
Вокруг кости тянулся круг из обугленных скорлупок. Стикс уничтожала их по одной и запечатывала белую нить внутри пустой оболочки. Поэтому капитаны не могли найти её раньше: стоило независимому ядру приблизиться, остаток Короны тянулся к нему и пытался снова собрать единый рой.
Она пряталась не от нас.
Она не позволяла нам прийти.
«Можно уничтожить?» – спросил я.
Слабый писк сложился в слова:
«Можно».
Титаническая кровь могла вернуть форму Королевы и сжечь заражение. Вместе с силой внутри Стикс сохранилось бы семя нового владельца. Второй путь был проще: запечатать нору и позволить ей умереть вместе с белыми нитями.
Я предложил перенести заражение в себя. После исчезновения системы моё тело больше не имело управляющего узла, и Мира считала такой перенос невозможным. Стикс всё равно ударила лапкой по кости.
«Нет».
Слово получилось слабым, но узнаваемым.
Лили нашла под камнем старую лабораторную пластину. На ней сохранилась схема: остаток Короны можно было рассеять между тысячами новых ядер. Тогда каждая особь получила бы почти незаметную долю белой нити, а полный владелец больше не родился бы.
Для системы это было лучшим решением.
Лили заметила тысячи оболочек вокруг кости. Если разделить заражение между ними, ни одна часть не восстановит Корону.
Но существа внутри ещё не вылупились. Спросить их было невозможно.
Стикс коснулась ближайшей кладки.
«Мои. Не я».
Потом добавила:
«Моя ответственность».
Она начала разрушать яйца до вылупления. Каждая открытая оболочка втягивала часть белой нити и сгорала. Так Стикс лишала себя нового роя, но не заставляла его родиться с нашей задачей внутри.
Я отводил нити к пустым оболочкам. Лили держала свет.
Работа шла медленно. Белые нити обжигали пальцы, а Стикс после каждой скорлупы дольше лежала без движения. Несколько раз я тянулся закрыть её ладонью от света. В последний момент оставлял руку рядом, не сверху.
У дальней стены оставалось одно целое яйцо. Внутри уже шевелилась личинка.
Стикс подползла к нему и остановилась.
Я ждал, что она снова разрушит скорлупу. Вместо этого Стикс отодвинула яйцо за границу белого круга. Остаток Короны к нему не потянулся.
«Это можно оставить?» – спросила Лили.
Стикс коснулась оболочки.
«Свободно».
Мы не знали, выживет ли личинка без королевы и общего ритма. Взяли яйцо в отдельной открытой переноске и не соединяли с роями.
К рассвету гнездо погасло.
Стикс упала на кость. Я подставил жестяную коробку и не закрывал крышку.
Она могла остаться.
Через несколько минут Стикс сама переползла внутрь.
Открыть в читалке